Многие украинцы на своих кошельках ощутили ослабление гривни. Но мы – не одни. За последние несколько месяцев произошло ослабление национальных валют и в других странах СНГ – России, Беларуси, Казахстане. Пути, по которым шли страны разнились, но результат один – девальвация для уравновешивания платежного баланса.
Такая девальвация называется конкурентной и основная идея, на которой она базируется – при снижении стоимости собственной денежной единицы цена товара в ней останется неизменной, а вот в иностранной валюте – упадет. ХХ век изобиловал случаями конкурентной девальвации в сложные периоды даже среди развитых европейских держав. Так, во время Великой депрессии европейские страны отказались от введенного после первой мировой войны золотого стандарта, а США запретили хранение золота и изменили его цену с 20 до 35 долларов за унцию. Правда, ни внешнюю торговлю, ни экономику в целом это не спасло. После второй мировой войны, когда валюты привязали к доллару, который в свою очередь привязали к золоту, Франция и Германия провели несколько волн девальваций в борьбе за американский рынок. Ныне, когда потребление во всём мире будет, скорее всего, снижаться и конкуренция за рынки сбыта обострится, не исключен новый виток конкурентных девальваций.
Что же мы имеем на сегодняшний день с курсами валют наших основных партнеров-конкурентов по СНГ?
Россия пошла по пути постепенного ослабления рубля. Не смотря на достаточно жесткое централизиованое управление, огромные резервы и ограничение информирования вплоть до запрета употребления слова «кризис», рубль ослаб с 23,45 рубля за доллар на конец июля до 34,55 к 14 февраля, то есть на 47%. Сравнение с июлем связано с тем, что именно тогда были зафиксированы пиковые цены на ресурсные товары, в первую очередь – нефть. Власти РФ твердили всю осень, что девальвации не будет, а резервы в это время таяли – иногда на десятки миллиардов в неделю. И продажа долларов из резервов превышала платежи по внешним долгам. То есть все кто мог себе это позволить активно затоваривались баксом. Сейчас перед Россией стоит вопрос: или резать бюджетные расходы или продолжать ослабление рубля. Дело в том, что доходы от продажи нефти и газа являются весомой статьей доходов бюджета РФ – в 2008 году они составили 175,9 млрд. долл., на этот год планировались все 189,2 млрд. Но это при прогнозной среднегодовой цене Urals 95 долларов за баррель, сегодня она менее 40. А значит и доход, скорее всего, будет около 40 млрд. долл. При курсе 35:1 это 1,4 млрд. рублей. Если же ослабить рубль еще на десяток-другой процентов, этак до 40:1, то те же доходы вырастут «чудесным образом» до 1,6 млрд. рублей. Учитывая политическую сложность урезания расходов бюджета путь дальнейшей девальвации является вполне вероятным.
У батьки в Беларуси всё было намного проще: со 2 января 2009 года центральный банк страны обвалил белорусский рубль на 20% и перешел к тривалютной корзине для определения курса. В состав корзины включены доллар США, евро и российский рубль с равными долями этих валют в корзине. Поговаривают, что девальвация была одним из основных условий получения кредита МВФ в размере 2,6 млрд. долл. Забавным является тот факт, белорусский рубль привязали к российскому, который, в свою очередь зависит от бивалютной корзины доллар-евро. С учетом предполагаемого дальнейшего ослабления российского рубля к своей корзине (из 55% доллара и 45% евро), из-за несовпадения весов валют в корзине можно будет наблюдать укрепление белорусского рубля к российскому. Однако, учитывая, что из-за нехватки резервов уже в феврале (банки совершали значительную покупку иностранной валюты за счет собственных средств) банки добровольно-принудительно перегоняли с Белорусской валютно-фондовой биржи на внебиржевой валютный рынок специальным письмом Нацбанка. Хотя письмо не запрещает покупку валюты под импортные контракты на бирже, оно усиливает отсев заявок на покупку валюты под некритический импорт и, что более важно, предполагает наличие внебиржевых клиентских курсов, которые будут отличаться от курса Нацбанка и естественно отнюдь не в пользу белорусского рубля. Очень вероятно, что и его в ближайшее время ждет дальнейшее ослабление.
Казахстан кризис зацепил значительно раньше, чем другие страны – еще в 2007 году. Однако курс более-менее держался, не в последнюю очередь благодаря притоку валюты за нефть и цветные металлы. Население, правда, в тенге особо не верило – продажа валюты банками населению долгое время была больше покупки. И вот, 4 февраля 2009 года Национальным банком Казахстана было принято решение провести девальвацию национальной валюты и ослабить тенге примерно на 17% - до уровня, при котором отношение тенге к доллару составило бы 150. Для банков страны это хоть и не стало неожиданностью, но увеличило их риски. Ведь проблема казахских банков – очень высокий уровень внешней задолженности, которые только за счет увеличивает валовой внешний долг финансового сектора более чем на 6% ВВП от прогнозируемого на 2009 год, до 43% ВВП. Для поддержки банковской системы правительство Казахстана через Фонд национального благосостояния «Самрук-Казына» приобретает 78,14-процентную долю в крупнейшем банке страны - БТА Банке за счет покупки новой эмиссии акций на 251 млрд. тенге – около 2 млрд. долл. – фактически национализировав банк. В 4 наибольших казахских банка в целях поддержки ликвидности за последние месяцы «влито» пару миллиардов долларов. Как ни странно, не смотря на самую незначительную девальвацию из всех вышеперечисленных, именно у Казахстана самые значительные шансы удержать новый курс. Обязан он этим более раннему вхождению в кризис (что позволяет уже сейчас более точно оценить часть «плохих кредитов»), значительным золотовалютным резервам и высокой вероятности притока капитала в первую очередь из стран Азии в добывающую промышленность страны.
Ослабления большинства валют стран СНГ может привести к увеличению давления на курс гривни. Также важным фактором является вероятность проблем с кредитом МВФ, что уменьшит возможности НБУ по удержанию курса. И хотя будущее предсказать невозможно и курс может быть любым, на сегодняшний день вес факторов, что могут привести к ослаблению гривни несколько выше тех, что могут её укрепить.
По материалам газеты “Левый берег”
